...Она всегда любила дождь, всегда. И весной, и летом, и осенью.

Особенно летний. Можно идти, улыбаясь, навстречу косым струям воды,

слегка вздрагивая от капель, которые пробираются за воротник,

превращаясь в ручеёк, устремляясь вниз...

 Её ноги наслаждались нежностью дождевой воды,

Кокетливая челка прилипла ко лбу, на ресницах повисли огромые капли.

Капли воды или слёзы, она не знала.

А где-то далеко, может в другой стране или на другой планете,

или в параллельном мире под тёплым дождём бежит по

тёплым лужам человек,босиком, наслаждаясь струями хрустальной воды.

  Девять дней на тёплом море!!! Наконец-то отпуск, летим в Салоники. Греки так и говорят с ударением на предпоследний слог. Прилетели вечером.

  А утром после завтрака, вот интересно, в отпуске только я ем, как последний раз, всё и много, или... Нет, до пляжа надо перестать жрать, а то купальник "не сидит".

 Бегом на пляж, а там вода чистейшая, как парное молоко тёплая (хотя моя дочь говорит, что никакая не парное молоко, а тебе, мама, всякая вода тёплая).Ура, ура - вот оно Эгейское море, красота, бирюза, хорошо, видно всё дно.

  Говорят, что на камнях много морских ежей, их не видела, но женщину, которая наступила на них видела, бедная, надо же ей было наступить на этих козявок двумя ногами. Так вот, ей вызывали врача и он под наркозом удалял иголки этих самых ежей. Да-а-а-а...

  Хотя, что тут скажешь, я сама наступила в чистейшей прозрачнийшей воде на стекло. Надо было какому-то, пардон, идиоту, бросать бутылку в море.

 Наступила, и даже не заметила сразу. Только потом на пляже почувствовала жжение. Да, ну что же тут поделать? Да ничего. Продолжать отдыхать, плаватъ, гулять, ездить на экскурсии, бинтовать ногу, спать, покупать подарки, любоваться природой и есть, есть, есть. 

   Всё, завтра утром заканчивается наше путешествие. В купе кроме нас были ещё девушка и парень. Влюблюные, счастливые. Они не интересовались нами, а мы ими. По-моему они не очень замечали окружающее, да как и заметить, ведь глаза их были затуманены любовью. 

  Ночь прошла, как одна минута. Мы с дочкой крепко спали, Лёша крутился, думаю, не спал вообще, молодёжь целовалась. 

  Наконец-то мы прибыли, перон вместе с встречающими подъехал к нам плавно, я увидела моих родных, ура-ура.

  А Лёшу не встречал никто, ему нужно было ехать ещё до какого-то города. Я коротко представила его своим родственикам, дескать - попутчик. Спросила , есть ли у него деньги на билет, потом мы подошли к огромному расписанию поездов, знаете, есть такие во всю стену, посмотрели, поезд был через несколько часов. 

  И я ушла! До сих пор мне стыдно за себя, оставила, не посадила в поезд, не проводила!

  Я обернулась и увидела Алёшу, он стоял и рассматривал расписание, а на земле стоял чемодан с подарками для брата, отца, мамы... 

  когда он их покупал мама была ещё жива.

 На третий день мы  в Москве. Во времена Советского союза это была действительно столица, а мы вышли в совершенно грязный, опасный город. Боже, помоги нам. Было страшно. Маленькая на руках, сумка тоже. Лёша, не отставай, держись за меня. Нам нужно на Киевский вокзал, где тут метро? Всё обошлось, добрались до вокзала, нашли кассу, ведь билеты надо купить, час стояли в очереди. И вдруг хоп!!! Всё. А почему у парня нет паспорта, ему уже семнадцать, билеты продаём только по паспорту. Впервые открыли его свидетельство. На меня напал страх. Ну, пожалуйста, дайте билет. Я заплачу сколько надо, ну не оставлять же человека в другой стране на вокзале, ну, пожалуйста! Уговаривала не долго, минут пять, ура билеты в руках. До поезда полчаса. Бегом,бегом, бегом. Вот и поезд, красивый, фирменый. Всё, мы в купе, чисто, тепло. Впервые за три дня сняли тёплые вещи. Поужинать, попить чай и спать.
  

  Слушала я эту историю, не перебивала. Даже моя маленькая дочь сидела не шевелясь, как-будто понимала всё.
  Вот уже и стемнело, проводник зажёг хиленький свет, а мы всё сидели, а Лёша всё говорил. О маме. Она поваром была, научила его готовить и Узбекистане он научился хорошо готовить национальные блюда, и в Киргизии, хотел маму удивить. Нет мамы. Всё.

  Нет, нет, совсем не всё, у тебя есть отец и братик, они ждут тебя, любят.

 Любят???  Брат если помнит, а больше никто!!!

 Что можно ответить на это? Молчу, смотрю, как в полумраке иногда свергают его коронки на зубах, с напылением.Помните, были такие в моде. И не дорого и вроде на золото похоже. Настрадался, бедный.

  Долго сидели, чай выпит, маленькая заснула. Сможет ли  заснуть он, этот несколько раз преданый и проданый ребёнок, сможет ли простить? Но то, что он не забудет это никогда я знаю точно.

 Спи, постарайся заснуть, мальчик.

 Опять проверка транспортной милиции. Вот документы, а это моя дочь, а это мой племянник. Куда едем? В Киев, сначала в Москву, а потом в Киев. Не будите детей, не надо. Пусть спят. Фу, ушли, пронесло. И за три дня пути ни разу, ни один наряд милиции не раскрыл свидетельство о рождении Лёши.

Бог есть, он охранял нас в пути.

  Надо сказать, что Лёша не доставлял ни какого беспокойства. Приносил чай, мы вместе ели, угощая друг друга своими вкуснушками.

И если ему нужно было отойти, то он обязательно говорил куда, например - покурить. На стоянках из вагона не выходил. А вообще-то, Лёша был не особо разговорчив.

 Наступил вечер,захотелось поесть чего-нибудь, Лёша принёс полный термос чая, сидим втроём, хорошо.


    И заговорил Алёша. Он сказал, что сегодня его маме девять дней, и виноват в её смерти он, сын... А маме было-то всего тридцать шесть лет, а теперь нет её, и никогда, слышишь, никогда не будет мамы... Да как же так, мальчик, ты не можешь быть виновным, подожди, не вини себя, расскажи, как и почему.

  Три года назад жили они семьёй: отец, мама, братик и он-Лёша. Тяжелое было время, нужно было выживать и отец открыл кооператив, тогда много было кооперативов. Кому-то везло, можно было заработать не много денег для семьи, а кому-то не везло. Ко второй групе и подошёл отец семейства. В общем, ремонтировал автомобили. И пошло как-то у него не так, вроде бы оказался в больших долгах, а отдавать надо, а не чем. И, кстати, очень даже не плохо Лёша тоже стал разбираться в этом деле, помогал отцу.

  А кредиторы требовали долг назад. И решил тогда отец отдать сына своего на отработку долга, да никуда-   нибудь, а в Узбекистан, на всё лето, как вроде бы пацан едет туда на каникулы. Ехали они трое суток, в общем вагоне, в страшной сорокоградусной жаре, держа ребёнка около, чтобы он не убежал. А куда бежать, да и как? Три дня и три ночи никто не спал, один думал, как убежать, а другие, как удержать.